ты знал, что я человек жестокий, беру, чего не клал, и жну, чего не сеял; для чего же ты не отдал серебра моего в оборот, чтоб я пришед получил его с прибылью? И сказал предстоящим: возьмите у него мину и дайте имеющему десять мин. И сказали ему: господин! у него есть десять мин. Сказы­ваю вам, что всякому имеющему дано будет, а у неимеющего отнимется и то, что имеет; врагов же моих тех, которые не хотели, чтобы я царствовал над ними, приведите сюда и избейте передо мной.

Сказав это, Он пошел далее, восходя в Иерусалим» (Лук., 19:11-28).

Дальнейшее совершенно ясно. Иисус, достигнув Иерусали­ма, поднимется на осленка, заранее привязанного вместе с ос­лицей, его матерью, чтобы исполнить пророчество Захарии: «Ликуй от радости, дщерь Сиона, торжествуй, дщерь Иеруса­лима: се, Царь твой грядет к тебе, праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле. Он воз­вестит мир народам, и владычество Его будет от моря до моря и от реки до концов земли» (Зах., 9:9-10).

По въезде его в Иерусалим вся еврейская молодежь про­возгласит его царем: «Осанна сыну Давидову!», что значит: «Освободи нас, сын Давида», и тогда-то произойдет атака на Храм, нападение на менял иностранных монет, на торговцев приношениями и на паломников, «покупающих в храме» (Матф., 21:12).

А теперь сделаем выводы.

Мнимая притча, рассказанная Иисусом по выходе из Иери­хона, — никакая не притча, потому что из нее не следует ни­какого благочестивого заключения, никакого морального урока, как раз наоборот.

Иисус соотносит с собой злоключения Архелая, которого сограждане не хотели видеть царем, который был вынужден отправиться в чужую страну для получения необходимой ин­веституры и который после этого требует у них отчета и суро­во наказывает тех, кто противился его воцарению. Вполне вероятно, что выход Иисуса и его многочисленных войск («народа») из Иерихона сопровождался казнью пленных, по­сле чего можно было без этой обузы в правильном порядке двинуться на Святой город. Для тогдашних нравов это было в порядке вещей, и наши зелоты были не чувствительнее своих противников. Да и кому бы пришло в голову их упрекнуть?

Но, отождествляя себя с Архелаем и кратко пересказывая историю последнего, как она изложена у Луки (19:11-27). Иисус знал только начало этой истории, ему еще было не­известно, что за наказание тех, кто не желал видеть его царем, Архелай будет низложен императором Августом и в 6 году нашей эры отправлен в изгнание в Таллию, во Вьенн, где вскоре умрет.

И тогда последний вывод: выход из Иерихона, казнь плен­ников или заложников, поход на Иерусалим и нападение на Храм — все это происходило раньше 6 года нашей эры, до восстания Переписи, разразившегося в этом году под руко­водством Иуды Галилеянина, для которого оно было вторым мятежом.

Следовательно, последний был еще жив; Иисус, как вся­кий старший сын законного царя, был «дофином»; при всем том он в полной мере был «сыном Давидовым», наследником. И он командовал (как а свое время принцы) военной частью в армии отца.


назад далее
Навигация