это был об­ряд мести, точно соблюденный, если показано, что такие об­ряды были свойственны для каких-то еврейских корпораций, остается доказать, что апостолы принадлежали к таким кор­порациям.

Мы предвидели это возражение, и на него есть ответ.

В тех же Деяниях Фомы, упомянутых на с. 78, где речь идет о загадочном близнеце Иисуса, когда Фому, он же Иуда, продают работорговцу (мы уже объясняли зачем), означен­ный Фома, для пущей уверенности, что торговец его купит, уточняет, что у него есть ремесло: это повышает ценность раба. И он называет себя плотником, как и его брат-близнец Иисус, умеющим высекать колонны из мрамора, камня и т. п. Значит, он плотник и каменотес, а мы знаем, что два этих ремесла составляли в Иудее единую корпорацию.

Вывод: Иисус «официально» был не только плотником, он был также каменотесом, потому что это одна корпорация. Несомненно, активно обоими этими ремеслами он никогда не занимался. Но официально считалось, что он занимается ими. А поскольку в Израиле каждый мужчина должен был владеть каким-то ремеслом (см. с. 82), это удостоверяло его благона­дежность.

К тому же, как в старинной Франции и во всей старой Ев­ропе, сын должен был принадлежать к тому же цеху, что и отец. Он был не вправе выйти из этого цеха (да ему было и невыгодно, потому что он узнавал от отца секреты ремесла, наследовал его инструмент и его репутацию). Из этого мы мо­жем заключить, что его отец, Иуда из Гамалы, также официа­льно имел эту двойную квалификацию. И это значит, что ее имели и братья Иисуса. Рыболовство — лишь побочный источник дохода, вроде охоты. (В наши дни браконьерство, как на воде, так и на суше, дает некоторым сельскохозяйст­венным рабочим дополнительное пропитание.) Таким обра­зом, Симон обязан своим прозвищем Камень либо эпизоду из его рабочей жизни, либо соответствию характера собственно­му ремеслу.

И — следующий вывод — если вожди зелотского движе­ния, Иисус и его братья, принадлежали к цеху плотников и каменотесов, вероятно, и приверженцев они себе набирали прежде всего в этой среде. Не забудем, что у еврейских цехов были свои особые синагоги, а значит, их члены жили «в сто­роне» от простого еврейского населения. У евреев такой класс людей назывался «отдельными». Сколько из четы-рех-пяти тысяч человек, составляющих маневренную группи­ровку Иисуса (Матф., 14:21 и 15:38), принадлежало к этой корпорации?

А из этой принадлежности к корпорации вытекало исполь­зование точного ритуала казни над предателем, убийцей свое­го господина. Значит, именно ученики были исполнителями столь дикой расправы.

Измена Иуды Искариота и его казнь, совершенная осталь­ными членами штаба Иисуса, отягчили положение его отца Симона и, конечно, во многом лишили его общего доверия.

С другой стороны, почему Иисус препоручил свою мать Иоанну, а не другим своим братьям, таким же детям Ма­рии — «Симону, Иакову и Иуде» (Матф., 13:55)? Потому, что он наконец понял предательство своих сторонников: от него избавились, а Иуду заставят замолчать, чтобы не осталось и следа этого общего предательства


назад далее
Навигация