одно непосредственно­го ученика Павла — Луки, и они не согласуются между со­бой, по крайней мере три первых, в том, в какой провинции получили это поразительное подтверждение, что их учитель воскрес. Согласимся, что такое противоречие по меньшей мере непонятно. В конце концов, если им пришлось, чтобы увидеться с ним, пройти не менее 150 километров пешком и дойти до Галилеи, едва ли они бы забыли об этом или перепу­тали с явлением на месте, в Иерусалиме...

Все эти противоречия были делом рук позднейших безы­мянных писцов, старавшихся обязательно включить в тексты легенду о воскресении Иисуса и скрыть, что соучастником, сообщником в этом обмане был его брат-близнец, 1аоша (по-древнееврейски «близнец»), ставший Фомой (апостола с таким именем никогда не существовало, это не еврейское имя). Это мы теперь и рассмотрим.

На с. 77-78 мы узнали, что у Иисуса был брат-близнец. Мы нашли коптский текст IV века, знаменитое Евангелие от Варфоломея, где Иисус приветствует его так: «Привет тебе, мой близнец, второй Христос...» Этот-то близнец и разыгры­вал мнимые явления.

Более того, он, изображая эти мнимые и крайне немного­численные явления, окружал их на удивление многообразны­ми мерами предосторожности.

Так, он велел передать ученикам, чтобы в знак его победы они прошли пешком более ста километров до Галилеи, где еще не знали о его смерти от рук римлян и где он поэтому мог показаться, не рискуя быть снова арестованным.

И это приказание в очень странной форме высказал один из ангелов, ждавших на его месте, в гробнице, прихода жен­щин:

«Но идите, скажите ученикам Его и Петру, что Он предва­ряет вас в Галилее; там Его увидите, как Он сказал вам»

(Марк, 16:7).

Он их предваряет? Но тогда, получается, он тоже отпра­вился в путь пешком? Если он воскрес, если он отныне был наделен блаженным телом, знаменитым «телом воскресения» богословов, он жил в другом измерении и мог перемещаться почти мгновенно.

К тому же, покидая гробницу в Иерусалиме, он оставил свой саван и пелены, дополняющие его. В таком случае Иисус был совершенно голым. И возникает важная проблема, к ко­торой, насколько нам известно, никогда не обращалась либе­ральная критика. Как одевалось это новое, трехмерное тело, представлявшее собой не более чем «спиритуализацию» ста­рого, но тем не менее позволявшее ему есть, пить, дышать (чего не мог бы делать призрак), это «совершенное» тело? Вышел ли Иисус из гробницы совсем голым или оба ангела принесли ему костюм, сообразный с еврейским законом? На­дели ему на голову куфию, облачили в льняную тунику, в плащ с ритуальными кисточками по углам, в два пояса — один кожаный, другой шерстяной, а на ноги надели сандалии?

Или нам следует допустить, что «блаженное тело» экстерио-ризирует из себя самого «подобие» облачения, чтобы покрыть означенное «блаженное тело»? Если да, это противоречит прин­ципу «реституции» первоначальной привилегии Адама, ведь Книга Бытия гласит: «И были оба наги, Адам и жена его, и не стьщились» (Быт., 2:25). И если Христос во славе вынужден одеваться, значит, он еще не вернул себе всех привилегий Адама.


назад далее
Навигация