Сим манером Господь ниспослал милость благород­ному магистру Госпиталя и достойным людям дома, дабы они владели сим местом вполне свободно и вполне вольно, и пребывало бы оно в их власти и вне зависимости от прочей власти, и да поддержит их Господь Своей великой милостью в их благих делах, аминь.

К тому моменту Жак де Моле находился в тюрьме, а орден Храма был сломлен. Значит, судить о последних го­дах Моле надо не в сопоставлении с завоеванием Родоса и госпитальерской инициативой, а исходя из его поведе­ния во время бури, которая обрушилась на его орден.

Первая ошибка Жака де Моле поначалу, возможно, была всего лишь неудачей. Он не сумел реформировать орден Храма и, конечно, начал не с того, с чего следо­вало, о своем желании провести реформу Жак де Моле несомненно объявил осенью 1291 г. на Кипре. В начале первой поездки на Запад, в ходе генерального капитула в Монпелье в августе 1293 г., он добился согласия на такие реформы, которые иные могут назвать «реформочками». Это могло бы стать началом процесса; это ста­ло его концом. А ведь у ордена был один несомненный недуг, о котором, как я думаю, Жак де Моле знал, но не сознавал ни масштабов его, ни последствий. Этот недуг был вызван скабрезным ритуалом, включенным в цере­монию приема. Показания тамплиеров на процессе нель­зя, конечно, принимать за чистую монету. Жак де Моле, напомню, признал там лишь два факта, а именно отре­чение и плевок на крест (фактически в сторону). Этот ритуал, представляющий собой издевку над новичками, в карьере тамплиера случался лишь раз, во время его приема; его не всегда проводили целиком и чаще, чем думают многие, не проводили вообще. Были, конечно, извращенцы, хватавшие здесь через край, как во всяком издевательстве над новичками, — к таким принадлежал Жерар де Вилье, магистр Франции в последние годы.

Когда с 1305 г. за эту проблему ухватились фран­цузский король и папа, вопрос реформирования ордена вышел за пределы выяснения, надо ли по-прежнему есть мясо трижды в неделю или нет. Реформировать орден значило искоренить скабрезные обычаи в практике при­ема. А Жак де Моле этого не сделал.

Может быть, он не смог. Я уже говорил, что считаю его больше похожим на Тома Берара, великого реформа­тора, чем на Гильома де Боже. Возможно, он натолкнул­ся на препятствия внутри ордена. Гуго де Перо, напри­мер, не был достаточно сильным соперником или против­ником, чтобы помешать ему управлять орденом и вести политику сообразно его взглядам (я имею в виду союз с монголами), но был достаточно влиятелен во Франции, чтобы заблокировать программу амбициозных реформ. Во всяком случае, Жак де Моле недостаточно настаивал на осуществлении этой программы реформ, окрыленный первоначальным «состоянием благодати» и надеждами, вынесенными из первой поездки на Запад.

Но, может быть, он не хотел? Может быть, он никогда не думал об этом? Потому что не сознавал — ни он, ни другие тамплиеры, — всей тяжести фактов


назад далее

Заказать контекстную рекламу в яндексе цена настрои контекстнои рекламы яндекс цена.

Навигация