Паломники и посетители, или странноприимный Храм

Покидая Святую землю, тамплиеры позаботились перевезти на Кипр свою сокровищницу (то есть архи­вы, позже утраченные) и реликвии из своих капелл и церквей в Сирии и Палестине. Несмотря на малобла­гоприятную ситуацию, паломники все еще пытались до­браться до Иерусалима. Папа запретил паломничество, потому что оно позволяло мамелюкскому султану взи­мать с паломников пошлину на входе в Иерусалим и храм Гроба Господня, но некоторые из них были готовы рискнуть отлучением, лишь бы посетить Святой город (как это ни парадоксально). Кипр для них очевидно был неизбежным промежуточным этапом; но остров бывал и целью паломничества, ведь здесь многие места и релик­вии могли стать объектами культа. Таким образом, при­ем паломников оставался актуальной задачей.

Паломничество в Иерусалим иногда бывало формой покаяния, наложенного на закоренелых грешников; ког­да Иерусалим стал недоступен, целью подобного покаян­ного паломничества как церковные, так и светские суды назначали Акру, а потом Кипр. Кающийся должен был провести определенное время в Святой земле, принять участие в операциях крестоносцев и вернуться в Запад­ную Европу с удостоверением, подтверждающим, что он добросовестно исполнил свое покаяние; это удостовере­ние утверждалось военными орденами Храма и Госпита­ля. Такое наказание суд французского короля наложил в 1302 г. на графа Анри III Барского. Однако неизвестно, исполнил ли тот покаяние. Об одном выразительном случае рассказал Жерар дю Пассаж, допрошенный во время процесса ордена Храма. Вступив в орден в 1293 г., он покинул его в 1305 г. и исповедался в заблуждениях, которые совершает орден, перед папским легатом. Тот в качестве покаяния велел ему отправиться за море, то есть на Кипр, с... госпитальерами; он был арестован ко­ролевскими агентами как раз в то время, когда готовил­ся к отъезду!

Паломников, исполняющих покаяние, и паломников из набожности надо было принимать, давать им кров, содержать или лечить. Эта миссия, которая у госпита­льеров была изначальной, требовала постройки странно­приимного заведения в Лимасоле по образцу заведений в Иерусалиме или в Акре.

Тамплиеры, допрашиваемые относительно милосерд­ных дел в их ордене, очень настаивали, как я говорил, что они не обязаны были оказывать гостеприимство, в отличие от госпитальеров. Поскольку, как писал Жак де Моле в памятной записке об объединении, «в осно­ву одного положено гостеприимство, другого — военная служба». Тем не менее тамплиерам все-таки гостепри­имство было не чуждо, и они принимали проезжих, па­ломников или прочих.

В конце 1301 г. дом Лимасола и великий магистр Жак де Моле приняли именитого гостя в лице Раймунда Луллия, францисканца с Майорки, знаменитого апостола мирного миссионерства, но притом ярого сторонника кре­стовых походов, что, вопреки внешнему впечатлению, не противоречило одно другому. Для Раймунда Луллия,


назад далее

Печать на фотообоях www.alemprint.ru.

Навигация