Однако на рыцарей из мона­шеских орденов эти правила не распространялись. Как по­стоянно заявлял Саладин, он «очистит землю от этих нечес­тивцев». Каждому воину, захватившему в плен рыцаря-мо­наха, полагалась награда в пятьдесят динаров, после чего ему приказывали убить пленника. Окружавшие Саладина мусуль­манские богословы, исламские отшельники и суфийские мистики упрашивали его разрешить им лично отрубить не­верному голову. Неожиданным исключением оказался лишь великий магистр ордена Храма Жерар де Ридфор — его оставили в живых. Остальным рыцарям, как и Рено де Шатильону, предложили сделать выбор: принять ислам или умереть. Всю ночь под дикие вопли их палачей они готовились к смерти. Никто из них не отрекся от Христа, и на рассвете все 230 рыцарей-тамплиеров вместе с братьями-госпитальерами были обезглавлены фанатиками-исламистами.

После поражения при Хыттине дальнейшая судьба христиан в Святой земле была предопределена. Военные гарнизоны были выведены из всех замков и крепостей, принадлежавших латинянам, и вскоре более полусотни таких укреплений либо добровольно сдались, либо были захвачены сарацинами. Графине Триполи разрешили беспрепятственно покинуть Тиверийский замок, а 10 июля того же года Жослин де Куртине — один из самых непримиримых «ястребов» — практически без сопротивления сдал отлично укрепленную Акру. Во время захвата Аскалона Саладин решил проверить стойкость захваченных им пленников. Он приказал вывести к воротам крепости Жерара де Ридфора и короля Ги; последний отдал осажденным приказ открыть ворота и сдаться. В ответ посыпались ругательства, а в ходе последовавшей стычки погибли два турецких эмира из окружения Саладина. Однако судьба Аскалона была предрешена, и 4 сентября город капитулировал. А вот гарнизон Газы, состоявший из тамплиеров, сдался без боя — верные данному ими обету послушания, они выполнили приказ своего магистра Жерара де Ридфора.

После этого Саладин обратил свой жадный взор на главную цель — Иерусалим. Обороной города руководили королева Сивилла, патриарх Ираклий и Балдуин Ибеленский. Сил у осажд­енных было явно недостаточно — всего два рыцаря, и Балдуин был вынужден срочно произвести в рыцари три десятка холостых горожан. В Иерусалиме было полно беженцев, в основном женщин и детей, а на лояльность мусульман и православ­ных христиан вряд ли можно было полагаться. И тут результат осады был в принципе предрешен; однако, опасаясь возможного пожара и беспокоясь за судьбу мусульманской мечети Купол Скалы, Саладин решил начать переговоры. За то, чтобы беспрепятственно выпустить из города все население, он потребовал выкуп в сто тысяч динаров — сумма неслыханная. Потом установил индивидуальный тариф: десять динаров за муж­чину, пять — за женщину и один — за ребенка. Отдельно из общественного фонда (главным образом из орденской казны госпитальеров) было выделено тридцать тысяч динаров за ос­вобождение семи тысяч неимущих жителей


назад далее
Навигация