Ему сказали, что впоследствии ему будут прочитаны подробные наставления относительно целей и задач ордена, но никто ничего ему так и не рассказал, поскольку в собраниях он не участвовал, хотя его часто за это упрекали. Он также ни разу не видел, как принимали в орден других, однако полагает, что примерно так же, как и его самого, хотя, когда его спросили, почему он так считает, он ответил, что и сам не знает. Один из братьев, теперь уже покойный, не раз бывал в заморских странах и рассказывал ему, что тамошние тамплиеры попирают крест ногами, однако прямых сведений на сей счет он не имел. В ответ на дополнительное обвинение, входившее в состав 127 статей, относительно практики отпущения грехов тамплиерами-мирянами на собраниях братства, Жан Тайлафер заявил, что, вообще-то, слышал разговоры о том, что великий магистр имеет право отпускать братьям грехи, как и капелланы ордена, однако ничего не знает насчет других руководителей. Во время вступления в орден его целовали в губы, в пупок и пониже спины; наверное, это делали и с другими новичками. Его заставили дать клятву, что он не покинет орден и никому ничего не будет рассказывать о его тайнах, и все вообще происходило за запертыми дверями, и присутствовали при этом только тамплиеры. Он полагает, что «ужасные подозрения» среди мирян возникли именно в результате этой излишней секретности, однако не уверен, кто, что и когда ему говорил, но помнит, что это было еще до начала арестов. В день его вступления в орден в той самой часовне на алтарь была помещена «некая голова», и ему велели выразить ей свое глубочайшее почтение. Он не знал, из какого материала она была сделана, поскольку ему нечасто доводилось находиться поблизости от нее, однако помнил, что это было изображение красного человеческого лица такой же величины, как настоящее. Строго говоря, он никогда не видел, чтобы кто-то действительно поклонялся этой голове, и не знал, в честь кого она сделана. Во время приема ему дали белую бечевку, которой, как ему сказали, обвязывали эту голову, и велели носить ее поверх рубахи денно и нощно, но он эту бечевку выбросил. Он признал, что поклонение голове происходило и во время вступления в орден других новичков. Ему было запрещено что-либо рассказывать о процедуре приема, и этот запрет усугублялся тем, что он слышал от братьев: тот, кто нарушит запрет, попадет в тюрьму, его закуют в кандалы и оставят в темнице навеки. Единственный его благоприятный отзыв об ордене заключался в том, что во всех приорствах тамплиеров, где ему довелось бывать, всегда раздавали милостыню, и он считает, что многие братья были очень щедры и гостеприимны. Он слыхал, что все греховные правила, установленные великим магистром в заморских странах, соблюдаются и по ту сторону моря. Он неоднократно видел, как братья покидали орден, хотя и не знал, по какой конкретно причине. Что же касается его самого, то ему орден не нравился «из-за тех отвратительных вещей и заблуждений, о которых он уже рассказывал»

назад далее

Зеркало плей фартуны официальный сайт и зеркало.