другую, излагая историю дела в выражениях, явно приемлемых для короля и оставлявших лишь немногие сомнения в виновности ордена Храма. Булла, датированная 12 августа, была подготовлена в форме чернового наброска, когда Курия еще пребывала в Пуатье, а отрывок, относящийся к расследованию в Шиноне, был добавлен по возвращении кардиналов, но до того, как булла была окончательно переписана.

Одновременно, допуская возможность полного оправдательного приговора, Климент постановил, чтобы имущество ордена было предоставлено для защиты Святой Земли; легкость, с которой Филипп принял это решение, зачастую расценивается как доказательство его незаинтересованности. Но в 1308 г. в окружении Филиппа снова заговорили о крестовом походе и предлагали выкупить у соперничающих претендентов — кипрских Лузиньянов и неаполитанских Анжуйцев — их предполагаемые права на иерусалимскую корону, дабы в будущем создать апанаж для младшего сына короля Франции; впоследствии предлагали основать новый духовно-рыцарский орден, магистра которого всегда бы избирали из французской королевской семьи, передав ему нетронутое имущество тамплиеров.

Для канцлера переговоры в Пуатье являлись полуудачей в деле Бонифация VIII, поскольку Папа согласился начать расследование в Авиньоне только следующей зимой, и почти полным успехом в деле тамплиеров. Плезиан заставил Климента принять перечень собранных Ногаре обвинений, бремя много более тяжкое, чем все, что до сих пор было сформулировано против ордена Храма; отныне папским уполномоченным поручалось руководить расследованием во всех христианских странах, где орден владел командорствами.

Из-за задержки, в которой обоюдно ответственны и король, и Папа, епархиальные комиссии начали заседать только в следующем, 1309, году. Почти год томились тамплиеры в застенках, многие умерли в темницах, лишенные отпущения грехов и церковных обрядов; другие, по собственным словам Климента, "поддались отчаянию и отказались от своих мнений". И если иные, чтобы получать огонь, свечу, более обильную пищу долгой и суровой зимой, подчинились требованиям тюремщиков, можно ли этому удивляться?

Другая булла, обнародованная 30 декабря 1308 г., во время пребывания Климента в Тулузе, предавала отлучению всех, "какого бы положения они ни были , не исключая епископского преосвященства", кто помогал тамплиерам советом или поддержкой. Это было весьма ясное обращение к епископам, в чьих руках оказалась бы участь рыцарей Храма. Для Климента орден Храма стал раненым животным, которое не хочет умирать и которое следует добить.

Тот же набат для тех, кто хотел его услышать, недавно отзвучал в виде процесса Гишара, епископа Труа, начавшегося в августе 1308 г. Гишар, родом из скромной семьи в окрестностях Труа, сделал карьеру в Церкви и стал поверенным и доверенным человеком вдовствующей королевы Наваррской Бланки д'Артуа и ее дочери Жанны Шампанской, супруги Филиппа Красивого


назад далее

Бургерная бургер.

Навигация