Чтоб голодом и жаждой не томились,

Чтоб не коснулись их ни зной, ни шторм, ни слякоть.

Есть и такие строки:

Я не делал вреда никому,

И никто не чинил мне дознанья.

Я встаю с петухами и воз свой тяну,

У соседей снискал я признанье.

На смену эпикурейству приходит скептицизм:

Если Бога в землях нет иных,

Во Франции он есть — в том нет сомненья,

Что делать Господу среди живых,

Которые его не любят ни мгновенья.

Между тем Земля обетования, столь дорогая сердцам века предыдущего, превращалась, по словам того же поэта, в Землю терзания. В 1257 году появилась некоторая надежда. Монголы, словно поток, наводнили Малую Азию и приблизились к сирийским границам. Было весьма сомнительно, что западные государи и византийский император согласятся вмешаться. Еще менее можно было ожидать, что бароны Святой Земли объединятся и будут проводить единую политику в отношении как монголов, так и арабов. Верные самим себе, они продолжали ссориться. Вторая волна монголов под предводительством внука Чингисхана, Хулагу, опустошила мусульманскую Сирию и при поддержке Боэмунда Антиохийского и латинских баронов накрыла Дамаск. Другие представители знати, чтобы противостоять Боэмунду, встали на сторону султана Бейбарса и его мамелюков, совершив столь большую по своим последствиям ошибку, что это было равносильно предательству и даже хуже: они подписали смертный приговор королевству Иерусалимскому. Ибо перед лицом опасности арабы в который раз оказались на высоте: они прекратили раздоры и объединились под командой Бейбарса. Последний напоминал Саладина, но, будучи столь же непримиримым, он был начисто лишен его рыцарского характера. 3 сентября 1260 года Бейбарс разбил монголов у Айнжалуда, навсегда остановив их продвижение. Он распорядился убить султана Раира и после его смерти стал единственным авторитетом среди мусульман, что невероятно подняло его и без того высокий престиж. Теперь ничто не препятствовало ему отвоевать королевство Иерусалимское, разве что Крестовый поход, впрочем, весьма маловероятный. Бейбарс не проявил ни малейшей поспешности; напротив, он тщательно подготовился к задуманному шагу, обстоятельно взвесил свой план, стянул войска, орудия и боеприпасы.

Лишь в начале 1265 года он предпринял внезапную атаку. В ходе сокрушительного нападения он занял Кесарию (27 февраля), Арсуф (26 апреля) и многочисленные менее важные опорные пункты противника. В следующем году он овладел замком тамплиеров в Сафете, где перерезал всех защитников. В 1268 году под его ударами пали Яффа (7 марта), Бофор (5 апреля), Баньяс (26 апреля) и Антиохия (15 мая). Маневренность его войск и их численность позволяли ему одновременно осуществлять операции на севере и на юге. К этому периоду относится случай с Гастейном, отраженный во французской и каталонской версиях Устава. Небольшая крепость Гастейн относилась к Антиохийскому бальяжу и находилась в начале долины Оронта. Антиохия пала, и тамплиерам Гастейна неоткуда было ожидать помощи


назад далее

Goods for life пленка парниковая 100 мкм.

Навигация